Achinsk Anime Club Tenshi てんし

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Achinsk Anime Club Tenshi てんし » FluD » Анимешник, ты псих?


Анимешник, ты псих?

Сообщений 1 страница 17 из 17

Опрос

Считаешь себя психом?
Да, я псих

35% - 6
Нет, это не про меня

29% - 5
Божество не может быть психом!!!

29% - 5
Свой вариант - пишу ниже

5% - 1
Голосов: 17

1

Тут тема проходила - анимешники типа все психи, вот вы как про себя считаете?

2

Вопрос точно с подвохом, ибо если скажешь что не псих, то знатоки психологии с мировым именем тебя точно подловят, мол "шизофреник своей болезни не признает". С другой стороны, если скажешь "да, я псих" это должного эффекта на публику не произведет. Следовательно, надо удивлять ранее неизвестными фактами.

Так вот, начнем с того что я (лично Я) не анимешник, кто бы что ни говорил и (если такое возможно) думал. Оставленный в мозгу отпечаток на окружающую меня реальность я не проецирую. К развлечениям надолго не привязываюсь: доказательством может послужить мой уход из ВоВ (большинство форумчан, я так думаю, меня поймет), ибо они в жизни далеко не главное. "Косплею" я всегда одного персонажа по кличке Магнус - шестидесятилетнюю, злобную, нелюдимую и мерзкую во всех смыслах скотину. Просмотр аниме и общение с анимешниками никакого отношения к статусам не имеет, ибо аниме смотрит и Гоблин (что подтверждают его позитивные отзывы об обоих "Призраках в доспехах" и "Моём соседе Тоторо"), а анимешником его назвать у человека со здравым мозгом язык не повернется. Следовательно о том душевном расстройстве, относительно которого Маркус завёл данную тему, мне сказать нечего кроме того, что меня эта участь обошла.

3

Ну, анимешник-псих - это отаку))) Я говорила не об этом. Псих ли я? Анимешник - скорей всего...Отклонения от нормы беспорно существует, но хорошо это или плохо - не знаю...Разглогольствовать о своем внутреннем мире не стану, ибо это не сеанс у психоаналитика, да и ему не стоит это слушать. Все в нашем мире относительно, вот только неизвестно: что норма, а что нет, да и вообще можно ли судить о чем то с точки зрения одного явления...

4

пишу, что я псих ибо объективное мнение друзей тому подтверждение

5

Lynx-chan^_^ написал(а):

Ну, анимешник-псих - это отаку

Отаку бывают разные - есть спокойные фанаты своего хобби, и есть вот такие индивидуумы http://s46.radikal.ru/i113/0810/8a/72bb61645395.gif

6

Marcus написал(а):

и есть вот такие индивидуумы

Марфеич этот ролик на что только не делали и на Линягу и ВоВ, Анрил, а теперь ещё на Lucky Star зае... сделали и как всегда в главной роли шизанутый немец. Ну у мну отакуизм прогресирует но без таких бурных последствий. http://s41.radikal.ru/i091/0807/1f/cff55a0b80d0.gif

7

В свете последних событий он мне напомнил одного человека))) Живо так в памяти всплыл его образ))

8

Marcus И кто же это?

9

Не будем об этом здесь. У человека и так психика расшатана вхлам, а если еше и добивать - вообще в дурку сведем. А оттуда с такими симптомами быстро не возвращаются. Одна особа вон с июня в стационаре курс лечения проходит, без видимых улучшений, правда ее случай не совсем такой же - она "суперчеловек и выше всего общества". А был просто очень вспыльчивый человек - и вот довели до такого. Не устану повторять - берегите люди нервы. И не еьите мозг друг другу почем зря. Будьте добрее, вам так этого недостает)
Так что чистый гуманизм, Хроно, я ж не зверь какой))

10

Marcus написал(а):

есть спокойные фанаты своего хобби

Это заблуждение. Равно как и "хоть я смотрю яой но я не гомосек". Фанатизм по определению не спокоен:

Фанатизм [от лат. fanum — жертвенник] — твердая и не признающая никаких аргументов безальтернативная приверженность личности определенным представлениям и убеждениям, что в решающей степени определяет практически любую ее активность и оценочное отношение к окружающему миру. Фанатизм — социально-психологический феномен, характеризующий личностную позицию и систему отношений этой личности с референтными группами и группами членства в логике неприятия даже обоснованной, но противоречащей жестким установкам фаната информации, отражающий некритичный подход индивида к любой информации, которая в той или иной степени подкрепляет его позицию, установки, представления и убеждения, готовность к жертвенному поведению во имя последних вне зависимости от того, является подобная активность нравственной или аморальной. Фанатизм задает отчетливое взаимоприятие и взаимопринятие друг друга, например, в рамках фан-клубов, способствует укреплению межгрупповых границ, повышению их ригидности и консерватизма, порождает жесткое противостояние с внешним миром, построенное на порой патологически выраженном чувстве "мы" в логике враждебного противопоставления и противостояния "мы — они". Как правило, фанаты, объединяясь в группы, создают закрытые общности, характеризующиеся достаточно жесткой интрагрупповой структурой, нередко стратификационного характера, монодеятельностью, приводящей к отчетливой разностатусности членов сообщества. Нередко фанатизм носит национальный, религиозный и идеологический характер и является базой различных асоциальных, а иногда и антисоциальных проявлений на уровне не только малых, но и больших групп.

Вполне очевидно, что, как и в случае с терроризмом, предрасположенность к фанатизму во многом обусловлена определенными личностными особенностями. Что называется, "навскидку" легко предположить склонность к подобной безальтернативной, во многом иррациональной приверженности тем или иным взглядам и доктринам авторитарных личностей.

Достаточно своеобразный анализ личностных детерминант этого социально-психологического феномена представлен, в частности, в работах Э. Эриксона. Хотя он и не рассматривал проблему фанатизма, что называется, "в лоб", в его исследованиях отчетливо показано, что тотальная фиксация индивида на какой-либо точке зрения и вытекающая из этого поведенческая активность являются производными от внутриличностной организации по принципу тотальности. При этом наиболее критичной в рассматриваемом контексте оказывается первая стадия эпигенетического цикла. В случае деструктивного разрешения конфликта "доверие против недоверия" индивид во взрослой жизни периодически регрессирует в состояние детской беспомощности и судорожно ищет способы справиться с захлестывающей его тревогой, связанной с чувством собственной беззащитности во враждебном мире. Это патологическое, по сути дела, состояние, по мнению Э. Эриксона, особенно обостряется в ситуации резких исторических и экономических перемен. В таких условиях в поисках опоры в меняющемся мире и защиты от угроз и обид, которые он несет, многие индивиды с устойчивым базисным недоверием испытывают острое желание "...поддаться тоталитарной и авторитарной иллюзии целостности, заданной заранее, с одним лидером во главе единственной партии, с одной идеологией, дающей простое объяснение всей природе и истории, с одним безусловным врагом, который должен быть уничтожен одним централизованным карательным органом, — и с постоянным направлением на внешнего врага бессильной ярости, копящейся в этом государстве"563.

В своей работе "Детство и общество" на примере нацистской Германии Э. Эриксон показал, каким образом формируется авторитарным лидером массовый фанатизм у молодежи в тоталитарном обществе за счет целенаправленной эксплуатации дефицита доверия и психосоциальной. Как он отмечал, "в детях Гитлер старался заменить сложный конфликт отрочества, мучивший каждого немца, простым шаблоном гипнотического действия и свободы от размышлений. Чтобы добиться этого, он создал организацию, систему воспитания и девиз, которые бы отводили всю юношескую энергию в национал-социализм. Организацией был "Гитлерюгенд", а девизом — небезызвестное изречение "Молодежь выбирает свою собственную судьбу".

Бог больше не имел никакого значения: "В этот час, когда земля посвящает себя солнцу, у нас только одна мысль. Наше солнце — Адольф Гитлер". Родители тоже не имели значения: "Всех тех, кто с высоты своего “опыта”, и только его одного, сражается с нашим методом позволять молодым руководить молодыми, нужно заставить замолчать..." Этика не имела значения: "Появилось абсолютно свежее, новорожденное поколение, свободное от предвзятых идей, свободное от компромиссов, готовое оставаться верным тем порядкам, которые составляют их право по рождению". Братство, дружба также не имели значения: "Я не слышал ни одной песни, выражающей нежное чувство дружбы, родительской любви или любви к товарищам, радость жизни или надежду на будущую жизнь". Учение, естественно, не имело значения: "Идеология национал-социализма должна быть священным фундаментом. Его нельзя размывать подробным объяснением.

Что имело значение, так это быть в движении и не оглядываться назад: “Пусть все погибнет, мы будем идти вперед. Ибо сегодня нам принадлежит Германия, завтра — весь мир”"564.

Стоит заметить, что в фашистской Германии, равно как и в Советском Союзе и в якобинской Франции — т. е. в обществах, где фанатизм не только процветал, но и культивировался на государственном уровне, целенаправленно подавлялся институт религии. Данный факт показателен по той простой причине, что согласно концепции Э. Эриксона, религия является тем самым базисным институтом общества, "...который на протяжении всей человеческой истории боролся за утверждение базисного доверия..."565. В этой связи при рассмотрении феномена фанатизма с позиций психосоциального подхода неизбежно возникает вопрос, как объяснить религиозный фанатизм, сыгравший мрачную роль в прошлом и являющийся серьезнейшей проблемой современного мира, тесно связанной с таким чудовищным явлением как терроризм? В действительности здесь нет никакого противоречия. Как было показано не только в трудах Э. Эриксона, но и других исследователей, религия действительно является универсальным базисным институтом общества, в первооснове своей поддерживающим доверие. Однако, как и другие базисные институты, в определенных условиях институт религии может утратить свою институциональную функцию и в этом случае он будет объективно способствовать деструктивному разрешению первого психосоциального кризиса в данном обществе.

Это происходит в тех случаях, когда конкретная религиозная организация сращивается с государством, превращаясь таким образом, по сути дела, в идеологический придаток института политики, либо сама по себе приоритетом своей деятельности объявляет достижение политических или иных целей, ничего общего не имеющих с подлинно религиозными ценностями. Примером первого рода, к сожалению, может служить современная РПЦ, все более настойчиво претендующая на роль "государственной религии", безоговорочно поддерживающей любые действия власти и взамен требующей не только материальных, но и иных бенефиций, таких как право быть окончательным и, более того, единственным авторитетом в вопросах морали и нравственности, право влиять на социальную и культурную политику, право на введение сущностью элементов религиозного образования в светских школах и т. п. Не случайно под эгидой РПЦ возникают такие организации, как "Союз православных хоругвеносцев", "Союз православных граждан" и им подобные, откровенно исповедующие религиозный фанатизм. Вторая тенденция особенно отчетливо прослеживается в экстремистских течениях внутри современного ислама. Сторонники ваххабизма, панисламизма и других подобных течений, среди которых процветает религиозный фанатизм, открыто провозглашают политические и экстремистские цели: создание всевозможных "халифатов", джихад против "крестоносцев" и евреев и т. п.

Следует особо отметить, что для представителей политического и религиозного фанатизма, так же как и для "идейных" террористов (вполне очевидно, что во многих случаях это одни и те же лица) характерно полное пренебрежение к человеческой жизни — как окружающих, в том числе близких, так и своей собственной. Типичным примером являются японские камикадзе, не только с готовностью, но и с радостью шедшие на самоубийство "во имя божественного Тенно (императора)". Исследуя психологию фанатиков на примере убийцы германского министра иностранных дел В. Ретенау (данный инцендент произошел в 1922 г.) Керна, Э. Фромм приводит следующее его высказывание: "Я бы не вынес, если бы расколотое на куски поверженное отечество снова возродилось в нечто великое... Нам не нужно “счастье народа”. Мы боремся, чтобы заставить его смириться со своей судьбой... На вопрос о том, как он, кайзеровский офицер, смог пережить день революции, он отвечает: “Я не пережил его. Я, как приказывала мне честь, пустил себе пулю в лоб 9 ноября 1918 г. Я мертв, то, что осталось во мне живого, это — не я. Я не знаю больше своего “Я” с этого дня... Я делаю то, что должен. Поскольку я должен был умереть, я умираю каждый день. Все, что я делаю, есть результат одной единственной мощной воли: я служу ей, я предан ей весь без остатка. Эта воля хочет уничтожения и я уничтожаю... а если эта воля меня покинет, я упаду и буду растоптан, я знаю это”". Э. Фромм отмечает: "Мы видим в рассуждениях Керна ярко выраженный мазохизм, который делает его послушным орудием высшей власти. Но самое интересное в этой связи — всепоглощающая сила ненависти и жажда разрушения, этим идолам он служит не на жизнь, а на смерть. ... И когда мы анализируем психическую реальность таких людей, то убеждаемся, что они были разрушителями... Они не только ненавидели своих врагов, они ненавидели саму жизнь. Это видно и в заявлении Керна, и в рассказе Соломона (один из сподвижников Керна — В. И., М. К.) о его ощущениях в тюрьме, о реакции на людей и на саму природу. Он был совершенно неспособен к положительной реакции на какое-либо живое существо"566.

Наряду с политическим и религиозным фанатизмом все более широкое распространение в современном обществе получают его менее глобальные, так сказать, "бытовые" проявления — спортивные и музыкальные фанаты и т. п. Хотя они, без сомнения, гораздо менее социально опасны, чем политические и религиозные фанатики, тем не менее они также требуют к себе повышенного внимания, в том числе и со стороны социальных психологов, поскольку, во-первых, представители подобных течений также нередко склонны к асоциальному поведению, и, во-вторых, одни формы фанатизма легко "перетекают" в другие. К примеру, многие из спортивных "фанатов" одновременно являются членами экстремистских группировок националистического толка.

Завершая разговор о фанатизме как социально-психологическом феномене нельзя не отметить, что особую опасность представляет собой ситуация, когда отдельные политические деятели и представители властных структур на рефлексивном либо подсознательном уровне делят фанатизм на якобы "хороший" — "идеологически близкий" и "вредный". При этом проявления фанатизма, отнесенные к первой категории, не только не пресекаются, но зачастую получают открытую или косвенную поддержку со стороны государственных институтов. Так, например, в ходе судебного процесса над участниками экстремистских молодежных группировок, совершивших целый ряд убийств на почве национальной ненависти в Воронеже, выяснилось, что местные представители МВД и ФСБ, в поле зрения которых данные группировки попали задолго до совершения ими тяжких преступлений, рассматривали их как исключительно "полезные", исповедующие "здоровый образ жизни", "патриотизм" и тому подобные абсолютные, с точки зрения провинциальных "силовиков", ценности. Вполне понятно, что такого рода подход к проблеме фанатизма со стороны облеченных официальными полномочиями чиновников, также представляет собой, по сути дела, одну из его разновидностей, поскольку базируется на исключительно "черно-белом" видении мира в сочетании с убежденностью в том, что "цель оправдывает средства", а определять, что есть "белое", а что есть "черное" доступно им и только им. В этом смысле можно говорить о "государственном фанатизме" как совершенно особом проявлении данного феномена в жизни современного, и конечно же, далеко не только российского общества.

Практический социальный психолог, зафиксировав факт выраженности феномена фанатизма, прежде всего, должен попытаться определить его причинную основу и в дальнейшем стремиться либо развенчать убеждения фанатов, либо, если это возможно, "встроить" их в просоциальную систему ценностей курируемой им группы или организации.

Кондратьев М. Ю., Ильин В. А. Азбука социального психолога-практика. — М.: ПЕР СЭ, 2007. — 464 с.

11

Зело верно, возможно мне не попадались настолько запущенные случаи у анимешников и отаку в частности, либо к оным определение фанатизма все же неприменимо. Вот если вывести некую четкую линию, по которой можно было бы судить об истоках подобных расстройств психики - тогда можно и увидеть аналогию с возможными последствиями конкретных увлечений. Но так как в силу латентного характера начальных стадий психического заболевания они не могут быть своевременно и достоверно выявлены вне условий стационара, то возможность указания конкретного источника разрушительных тенденций представляется весьма туманной.
http://ipicture.ru/uploads/080810/6RDO8StT8A.gif

12

Мне всегда было интересно: что значит быть психом? Ведь, это все равно для боьлного человека выглядит абсолютно нормально, раз псих никогда не скажет, что он псих...Странно это все...как начинается, почему? По-моему это можно узнать лишь став психом, хотя...

13

дело как с пациентом, который уверяет, что видит свою скажем бабушку. если он воспринимает бабушку реальной и может с ней разговаривать, то это есть галюцинация, а вот если он не понимает что бабушка умерла лет эдак 20 назад, то это бред
не вижу ничего плохого в том чтобы быть психом, впринципе ничего хорошего там тоже нет, ну и ладно. вот если псих то можещь скажем приступить закон и не считать себя виновным или виногватым, только вот отаку грабящих винные лавки или закусочные я ещё не видел, но предпологаю, что на ютюбе за милион просмотров вырвется

14

Не, они скорее будут грабить аниме-магазины))) Но вот просто психом быть, думаю, тяжело так же, как и понимающим человеком...

15

Lynx-chan^_^ психу легко по той простой причине, что он находится в своем, идеальном для него мире, и без колебаний стремится удалить из него все туда не вписывающееся. У психа нет диллемы выбора, тк существует единственная точка зрения - это его позиция.
Кстати любопытную аналогию можно провести и с дураком - мы увидим совершенно ту же самую модель мышления, разниться будут лишь мотивации - у дурака она тоже одна, но лишь по причине непонимания качеств иного выбора.

"Над выбором пути задумываются лишь мудрецы, дураки всегда идут прямо" ©Луций Сенека, если не ошибаюсь

16

Много бы дал за наблюдение отаку, грабящего аниме-магазин))

17

-^_^- написал(а):

Много бы дал за наблюдение отаку, грабящего аниме-магазин))

нам это не грозит..т_т  http://ipicture.ru/uploads/080810/6RDO8StT8A.gif
я не псих,таковым не считаю но для прикола проголосвала за божество,больно высказывание красивое))))
конечно как сказать..с какой точки поставлен вопрос,если с той что я буду везде вставлять неодекватно свою точку зрения типа многих фэнов которые через слово орут "яой - победил,сасунару рулит,саске мой,нет мой и т.д." - то я не такая и  к таковым себя никогда не причислю не морально ни физически оО(ы|ы).возможно даже именно из за таких людей ко всем анимешникам и относятся как к скопищу придурков именно из за таких фэнов неодекватно отстаивающих свою позицию.. http://ipicture.ru/uploads/080810/EP9INReE1v.gif
ну а если говорится про тех кто просто ищет везде позитив,ржет над всем подряд,кароч такой немного придурковатый чудик то это я...в таком случае я псих,а вообще с точки зрения психологической то не дай Бог быть психом и долбится башкой об стенку...а потом еще и на Гагарина залететь:)


Вы здесь » Achinsk Anime Club Tenshi てんし » FluD » Анимешник, ты псих?